Если бы Терешкова не вылезла на трибуну с предложением бесконечного обнуления президентских сроков по-африкански, то о подробностях её космического полета и о том, как девушка от ткацкого станка с семилетним образованием стала генерал-майором авиации, никто бы и не вспомнил. А сейчас вспомнили. И, оказывается, народ помнит многое из того, что произошло в 1963 году. В 1963 году мне было всего 13 лет, а вот в 1976 году мне уже было 26 и был я слушателем военной академии. Наши начальники пригласили к нам на встречу полковника, арбитра международных космических полетов, фамилию напрочь не помню. Столько много интересного нам рассказал о космических полетах и о документации каждого события. На каждый полет составляется паспорт с внесением бесчисленного множества данных, текстовых, фото и магнитных носителей. Показал он нам фотографию Юрия Гагарина в первые минуты нахождения на Земле. Мы его сначала не узнали. Думали, что это Александр Матросов, которого живым сняли с амбразуры вражеского ДОТа. Мы сразу атаковали полковника вопросами: как там вела себя Терешкова? Как он отмахивался от этих вопросов. Рассказывал о чем угодно, только не об этом, хотя его заранее предупредили, что в этой аудитории можно говорить всё. Как партизан молчал и только в курилке сказал нам: Мужики, ничего не скажу, но только во время её полета все глушилки СССР (глушили голос Америки, немецкую Волну и радио Свобода) были направлены на то, чтобы заглушить «Чайку» и чтобы запад не услышал, о чем говорили ЦУП (центр управления полетом) и космонавт, и не использовали это в антисоветской пропаганде.